Директор лондонского музея дизайна написал цикл статей о моде, вещах и и искусстве, которые магической волей издателя оказались под одной обложкой. И здорово, что они там очутились — книгу читать просто, легко и душеспасительно.
Поскольку в корсете физический труд был практически невозможен, носить корсет, когда он вошёл в моду, могли только богатые дамы, не занимавшиеся никакой работой. Позднее, однако, корсеты распространились в обществе. Женщины из нижних слоёв среднего класса стали носить их с воскресными платьем в качестве «знака» респектабельности. В результате дамы, чьё положение позволяло им не обращать внимание на внешние условности, тут же отказались от корсета, поскольку его ношение стало признаком следования общепринятым стандартам.
«Язык вещей» — это всего 200 страничек текста — о том, как мы погрязли в неосмысленном потреблении вещей, купленных на непонятные деньги с неясной целью. В этом стремлении дать нам понять философию своего потребления вещей Суджич похож на Папанека.
В дневниках Алана Кларка есть язвительная запись о его коллеге-министре в правительстве консерваторов Майкле Хезелтайне: тот выглядит как человек, которому пришлось купить себе мебель. Это намёк на то, что лишь вульгарные люди или выходцы из низов способны на такой пошлый поступок, как покупка нового обеденного стола, — приличным людям мебель достаётся по наследству.
Мне книжка очень понравилась. Она местами спорная, но в общем позволяет лучше понять окружающий мир. Особенно советую её дизайнерам, для вправления на место их пиксельно-векторных мозгов.
Советский и американский космические корабли, состыковавшиеся на орбите («Союз»-«Апполон»), можно рассматривать как материальное воплощение различных национальных менталитетов. Эти два объекта выполняли абсолютно одинаковые функции в самых экстремальных условиях. Но выглядят они совершенно по-разному, с убийственной ясностью демонстрируя кардинально противопложные характеры двух экономических и политических систем. Один — обтекаем, как лимузин Харли Эрла, а второй — с бронзовой окантовкой иллюминаторов и панелями из красного дерева, как будто сошедший со страниц романов Жюля Верна.
⌘ ⌘ ⌘
А теперь — саммари:
Никогда еще у большинства из нас не было такого количества вещей, как сейчас — при том, что пользуемся мы ими всё меньше.
Когда телевизор есть уже в каждой семье, которая в принципе хотела его купить, всё, что остаётся производителям, — это изобретать улучшенные версии товара и убеждать потребителей заменять старые модели на новые. Новые телевизоры становятся больше, а значит, и лучше прежних.
Основаниями для покупки становятся соблазны и манипуляции, существующие исключительно в голове, а не во внешнем пространстве. Понять, как ноутбуку удалось вызвать у меня желание заплатить за него и забрать с собой, значит понять что-то обо мне самом и, может быть, кое-что о роли дизайна в современном мире.
Все товары делятся на две категории: те, которыми мы просто пользуемся (например, автомобили и бритвы), и те, которые мы расходуем (например, зубная паста и печенье). Задача потребительского инжиниринга — сделать так, чтобы мы расходовали товары, которыми сегодня просто пользуемся.
Отто Айхер заметил: если бы немцы не отличались такой страстью к заглавным буквам, они были бы менее восприимчивы к влиянию фашизма.
Собирая определённые предметы, мы, пусть даже ненадолго, вносим некое ощущение порядка во Вселенную, которая его лишена.
Дизайн стал представлять из себя процесс превращения в прошлом серьёзных и явно полезных вещей, например, часов, фотоаппаратов и автомобилей, в игрушки для взрослых. Он поощряет наши фантазии относительно самих себя и безжалостно использует нашу готовность платить за то, чтобы вещи приносили нам удовольствие и льстили нашему самолюбию.
Сегодня самые искушенные дизайнеры — это рассказчики: их задача — не только решать формальные и функциональные проблемы, но и сделать так, чтобы вещи умели говорить, передавать эти послания.
Дизайн — это создание вещей, которые приятно трогать и которыми приятно пользоваться.
Как утверждал Эрнесто Роджерс, если внимательно изучить обычную ложку, можно получить достаточно информации об обществе, в котором она была создана, чтобы представить себе, как это общество спроектирует город.
Дизайн — это язык, помогающий определить ценность вещи или хотя бы намекнуть на неё. Он создаёт визуальные и тактильные зацепки, говорящие: «это вещь благородная» или «это дешевка», хотя с учётом колоссального способности человеческого глаза к иронии и непрерывного требования новизны эти сигналы постоянно искажаются.
Вещи не существуют в вакууме — они элементы сложной хореографии взаимодействия. Старомодный телевизор с электронно-лучевой трубкой, заключённый в деревянный корпус и воспринимаемый как предмет мебели, создавал в гостиных 1960-х годов динамику общения, полностью отличавшуюся от ситуации, когда портативные телевизоры стали ставить на пол.
Все атрибуты винной бутылки: цвет стекла, форма, пробка, порой удерживаемая проволочным каркасом и заключённая в фольгу, графический лексикон этикетки — используются, чтобы вызвать у нас определённые ожидания относительно её содержимого. Чтобы понять, насколько наши представления формируются внешними аспектами дизайна, попробуйте выпить вина из бутылки для кока-колы или виски из пивной бутылки — это будет настоящий шок для винных рецепторов.
Банкнота должна убеждать нас, что стоит дороже бумаги, на которой она напечатана.
Сознательное создание ассоциаций с пистолетом создаёт впечатление мощи и власти. Когда аналог спускового крючка используется в абсолютно безобидной вещи (например, у пистолета для склеивания), у пользователя возникает лестное для него ощущение, что он владеет вещью, внушающей авторитет и требующей уважения.
Срабатывание фотокамеры мобильного телефона сопровождается щелчком затвора — технически это имитация ненужной функции, которая скоро ничего не будет говорить поколению, никогда не снимавшему что-либо на плёнку и не слышавшему звука механического устройства, потомком которого стала цифровая фотокамера.
Мы убеждены, что владение красивыми вещами делает красивыми нас самих.
Если станок объективно обрабатывает деревянную заготовку точнее, чем ремесленник, пользующийся только ручными инструментами, но работы последнего воспринимается как более качественная, возникает парадоксальная ситуация: в изделия, изготовленные машинным способом, специально вносятся изъяны, чтобы они соответствовали представления о высоком качестве.
У компании Ford есть специалисты, занимающиеся только дизайном дверных ручек, подобно тому, как Рембрандт в своей мастерской привлекал помощников, писавших исключительно отложные воротники или рукоятки шпаг.
Простота стоит дорого. Она почти всегда требует больших затрат и усилий, чем украшательство или внешняя сложность.
Чем меньше функций выполняет вещь, чем она бесполезней — тем она дороже ценится.
Из-за массового перехода на кроссовки ноги у молодых людей на западе стали слишком нежными: к ужасу инструкторов по строевой подготовке, призывники больше не могли носить жесткую армейскую обувь.
Сегодня люди, создавшие яхту «Америка», ближе к Афинам, чем те, кто для любой цели использует форму греческого храма.
Может ли в мире массового производства существовать такое понятие, как подделка?
Когда мы брали Пандору, то знали, что будем заводить котят. У кошек есть своя система «уровней»: большинство отдаётся при условии обязательной стерилизации, и только небольшая часть (так называемый «брид-класс») может иметь котят. Есть еще кошки «шоу-класса» — это очень крутые животные, которые побеждают на выставках, производят самых дорогих котят и стоят несколько тысяч долларов. Пандора относится к брид-классу.
Скажу честно — особой разницы между обычной породистой кошкой и кошкой шоу-класса я не вижу. Разница, как и дьявол, кроется в каких-то деталях, незаметных простому глазу. Вот сидят на выставке две кошки, одна простая, а вторая — Чемпион Галактики. Лично я не скажу, где какая, а заводчики с судьями будут цокать языком и охать от восхищения.
Для того, чтобы завести котят, кошку надо повязать с котом. Но прежде нужно найти этого самого кота. Это настоящий квест! Сначала нужно обзвонить кошачьи клубы и выслушать из телефонных трубок диаметрально противоположные сведения. Одни говорят, что в Череповце и ближайших городах нет приличных котов. Вторые утверждают — в ста километрах, в Вологде, есть замечательный кот! Одни говорят — везите в Москву, там отличный абиссинский кот из Японии. Вторые — в Москве очень дорого, зато есть отличный вариант в Рыбинске. В итоге связались с владелицей кота в Рыбинске и договорились. Ирина приятно отличается от типичных заводчиков, с которыми мы общались, заводя Пандору — не называет кошек «животными» и действительно их любит. Первый этап квеста выполнен, пришло время второго.
Вязать кошку можно только когда она «гуляет». Гуляет Пандорушка пять дней в месяц, и в это окно её нужно доставить к коту (от Череповца до Рыбинска четыре часа на машине). Мы сначала думали, что им с котом надо побыть всего пару часиков, а потом можно и домой ехать. Оказалось, что кошку нужно оставить в гостях на несколько дней. При этом никаких гарантий успешной вязки нет — Пандора может просто сожрать не подпустить кота. Так что нам нужно выжидать начало гулянки, при первых признаках быстро ехать в Рыбинск, а через несколько дней ехать обратно, за кошкой. Ну ладно, нашли время, свезли и забрали.
Кстати, у заводчиков есть свои документы, договора и сертификаты. Порой с забавными формулировками вроде
«Я, нижеподписавшийся, утверждаю, что кот-производитель на моих глазах…»
Да, совсем забыл сказать — мы с Аней не относим себя к заводчикам кошек. Нам просто хотелось дать кошке осуществить её природное предназначение. Котят мы заводили не ради прибыли.
⌘ ⌘ ⌘
Беременность кошки длится 65 дней с момента вязки. За несколько дней до наступления срока мы съездили к ветеринару, которого нам посоветовали.
Ветеринар обитал в весьма странном помещении. Первый этаж длинного многоэтажного дома был выделен под магазины и офисы, но туда никто не заезжал. В итоге ветеринарный кабинет расположился в огромной комнате, в которой можно устраивать балы или снимать фильм-катастрофу с живыми слонами. При этом имущества у ветеринара было немного. Вдоль двадцатиметровой стены стоял стул, на другой стене одиноко висел постер. По комнате гуляло звонкое эхо.
Кошке сделали УЗИ и насчитали троих котят.
Кошка должна была рожать через пять дней. Ветеринар пообещала приехать на роды в любое время дня и ночи, записала наш телефон и мы поехали домой, сооружать родовую коробку.
⌘ ⌘ ⌘
За два дня до наступления срока мы легли спать. Пока я дочитывал на ночь книжку, заметил лёгкое беспокойство кошки, но внимания этому не придал — у Пандоры вечером наступает природная активность и она часто устраивает себе самостоятельные приключения. Я закрыл книжку, выключил свет и выключился сам.
Проснулся от того, что кошка ползает по мне со странными звуками. Обернулся и увидел Пандору — она ползла мне на грудь, а сзади между лап у неё что-то торчало. Я крикнул Ане «Она рожает», почти что столкнул её с кровати. Мы встали, включили свет, и кошка родила первого котёнка прямо в постели. Вся простыня была в крови и родовых выделениях.
Я побежал в гостинную за телефоном, кошка скачет впереди меня. В спальне пищит новорождённый котёнок. Хватаю телефон, начинаю звонить ветеринару — она не берёт трубку. Паника! В спальне стоит Аня, на которой из одежды только резиновые медицинские перчатки, и пытается переложить котёнка в коробку. Ветеринар не отвечает, что делать мы не знаем. По идее, кошка должна сама родить без нашей помощи, но, судя по её глазам, она тоже не знает, что делать.
Уложили кошку с котёнком в коробку, она начала его вылизывать. Я бросил попытки дозвониться до «нашего» ветеринара и пытаюсь найти какого-нибудь другого. В Череповце несколько десятков ветеринарных клиник, но все работают только днём — ночью их телефоны не отвечают. Нашел круглосуточную клинику, но ехать к нам домой врач отказался. Через полчаса безуспешных звонков нагуглил какой-то дремучий городской форум с ветеринарной веткой от 2007 года, начал звонить по всем телефонам подряд. Спустя еще несколько минут какой-то номер откликнулся — сонный ветеринар сказал, что собирается и едет к нам. Фуф, немного отлегло.
У коробки колдует Аня — пытается заставить кошку перекусить пуповину и требует накормить новорождённого молоком. Кошка счастливо мурлыкает и жмурится от удовольствия, грызть, кормить и рожать дальше отказывается. Котёнок ползает по простынке, оглашает окрестности писком.
Приехал врач, надел халат, и взял всё в свои руки. Я был послан настригать гору тряпочек. Кошка получила массаж живота, Аня получила ответы на свои вопросы, мы немного успокоились. Второй котёнок рождаться отказывался, и первого пришлось кормить вручную — приготовил ему коктейль из желтка и молока. Для продолжения родов пришлось сделать стимулирующий укол. Спустя два часа после первого родился второй котёнок. Рождался очень тяжело, выходя не головой, а задом. Ветеринару пришлось буквально вытаскивать его из кошки и с того света — котёнок почти задохнулся.
Врач реанимировал котёнка уверенно, но страшновато — взял в руки крохотный комочек и принялся растирать его тряпками, отчищая рот и нос от родовой слизи из пузыря. Мне казалось, что врач пытается не спасти котёнка, а замурыживает его насмерть. Через минуту реанимационных операций котёнок начинает орать и отправляется к маме на вылизывание.
Я вообще плоховато воспринимаю физиологические процессы вроде родов, но с кошачьими всё было как-то нестрашно и вполне органично. В процессе извлечения котёнка я не участвовал, только нервно ходил из угла в угол. За ночь «Найк фьюел» на запястье насчитал суточную норму двигательной активности. Если бы курил — выкурил бы пару пачек.
Спустя еще час родился третий. Кошка дала молоко, отошли плаценты — всё, роды закончились. Врач начал паковать халат в чемодан, а кошка взяла и родила четвёртого.
Котятам перевязали пупки, и врач ушёл.
На часах — полвосьмого утра. Роды продолжались шесть часов. За приём врача мы заплатили 3.000 рублей.
«Наш» ветеринар нам так и не перезвонил. Сейчас понимаю, как нам повезло с ветеринаром и с тем, что его удалось так быстро найти. Присутствие опытного человека были важны не только кошке, но и нам. Еще урок на будущее — нельзя зависеть от одного человека, нужно обязательно подстраховываться.
⌘ ⌘ ⌘
После родов мы тоже немного поволновались.
Счастливая семейная идиллия пришла не сразу.
Материнский капитал инстинкт свалился на кошку после того, как родились котята. Первые сутки она не понимала, что ей с ними делать, бегала по квартире с безумными глазами, кормила их только в нашем присутствии. Стоит отойти от коробки — кошка выпрыгивает вон, котята орут.
Новорождённые котята очень уязвимы. Если кошка не покормит их раз в час или оставит на полчаса без своего тепла, то они угасают, как спички. Чтобы они были согреты, мы соорудили конструкцию из электрообогревателя, который отапливал воздух и грелки, которая создавала эффект тёплого пола. Чтобы они регулярно кушали — завели на ночь семь будильников и сменяли друг друга у коробки, словно часовые у вечного огня.
Через пять дней они окрепли, научились мурчать и делать «молочный шаг». Прибавили в весе, почти в два раза: с 80 граммов до 140, стали подвижные и крикливые.
Еще через несколько дней выяснили, что у нас три кота и одна кошка. По условиям разведения коты останутся девственниками — это условие хозяйки кота. У кошачьих доминантные гены красоты и мимимишности передаются обычно котами. Кастрация — это способ борьбы с конкурентами.
Считается, что котов труднее пристроить, чем кошек, но мы надеемся найти всем котятам хороших хозяев.
Котят обычно отдают в трёхмесячном возрасте, после того, как будут сделаны первые прививки. Это значит, что мы успеем с ними вдоволь наиграться.
А еще мы объявляем резервирование котят. Если вы хотите себе породистого абиссинца и готовы приехать за ним к нам в гости — будем рады.
По мере подрастания котят будут еще новости и фоточки.
Сегодня участвовал в своих первых соревнованиях по стрельбе из лука.
Луком я занимаюсь с июля (три полных месяца набежало), доволен и процессом, и результатом.
Луков бывает огромное множество. Я стреляю из олимпийского рекурсивного лука. Рекурсивным он называется потому, что плечи лука (то, к чему крепится тетива) вывернуты в обратную сторону от стрелка. При натяжении тетивы они изгибаются и принимают рабочее положение. А олимпийским лук называется потому, что из такого стреляют на Олимпийских играх, и все его компоненты сертифицированы для такой стрельбы.
Несмотря на внешнюю простоту, лук — это сложная штука, состоящая из деталей, требующих тонкой подгонки и настройки. Неопытный человек не сможет даже собрать его. Многие детали настраиваются буквально по миллиметрам и долям оборотов крохотных винтиков — на дистанции в 18 или 30 метров эти микроны дают о себе знать. Многое подбирается под конкретного человека, его физические данные и способности. Например, длина моих стрел соответствует моей растяжке, и с чужими стрелами я бы стрелял крайне плохо.
Сила натяжения моего лука — 36 фунтов или 16 килограммов. Мне стрелять из него вполне комфортно, я здоровый и крепкий лось, но девушки в нашем клубе предпочитают луки послабже, в 26 фунтов.
Тренер Александр стреляет из лука в 50 фунтов, и это не предел. Силу натяжения можно варьировать некоторыми способами (например, закручивая тетиву при надевании), однако фишка в том, чтобы она каждый раз была одинакова. Идеальный выстрел — это тот, который абсолютно одинаков с тысячей предыдущих (впрочем, об этом — чуть ниже).
Натяжение влияет на скорость полёта стрелы. Натянул лук чуть сильнее — стрела полетела быстрее и ударилась в мишень выше, чем ожидаешь. Натянул слабее — скорость чуть упала, стрела кивнула вниз и вошла в мишень ниже. Ощутимы даже пара миллиметров в натяжении стрелы, причём контролировать это визуально или физически практически невозможно. Для того, чтобы каждый раз стрелять с одинаковым натяжением, используют простенькое устройство под названием кликер.
Кликер — это полоска металла, под которой проходит стрела в процессе натяжения. Как только она вся проходит под кликером, кликер соскальзывает с её наконечника и щёлкает по рукояти — клик означает, что натянул лук так, как нужно. Как только я слышу щелчок, я тут же отпускаю тетиву. Кликер видно на фотографии выше. На фотографии ниже кликер почти соскользнул — через долю секунды после снимка он щелкнул и стрела улетела.
Обычно все спрашивают про красные палки, которые крепятся к луку. Это стабилизаторы, они помогают мне ровнее держать лук. Стабилизаторы — это полые композитные трубки, на концах которых закреплены грузы. Длинный стабилизатор уравновешивает лук в руке, короткие, по бокам — помогают ровней его держать. А еще стабилизаторы гасят множество различных колебаний, которые происходят при выстреле. Ну и еще они прибавляют луку вес — чем он тяжелее, тем лучше. Раньше я стрелял из учебного лука без стабилизаторов, затем использовал один, длинный, сейчас на моём луке их три. Со стабилизаторами стало гораздо удобней и точней.
Вот тут стабилизаторы видно чуть лучше. Еще видно, что мой соперник Иван также использует три стабилизатора, а мне стало жарко, и я стреляю голым в одной футболке.
На черной выносной палке крепится прицел. Натягивая лук, я вижу в прицеле жёлтую точку, которую совмещаю с мишенью и тетивой. Я настроил его на соревновательную дистанцию (18 метров) и больше не трогал, но при желании его можно быстро подкорректировать.
Красная верёвочка на пальцах держит мой драгоценный лук от падения на пол. Дело в том, что я совсем не держу его пальцами, а только упираю в руку с раскрытой ладонью. После выстрела лук «отрабатывает» — кивает вниз по дуге. В этот момент верёвочка его и подхватывает.
Чёрные штуки на руке крепят крагу — пластиковую пластинку, которая защищает руку от удара тетивы. Она иногда случается при неправильной постановке руки (например, когда рука устала). Тетива бьёт по руке очень-очень больно и оставляет на память здоровенный синяк.
Стрелы изготавливаются из алюминия и реже — из композитных материалов. Со временем стрелы теряют свои свойства да и просто теряются. Типичная поломка — отлетевшее перо. Перья очень любит срезать кликер, если не дотянуть стрелу до щелчка и выпустить раньше времени.
⌘ ⌘ ⌘
Стрельба из лука — это не про «глазную» точность, а про одинаковость движений.
Лучник учится стрелять одинаково — с одинаковой силой натягивать руку, одинаково прикладывать руку к голове, которая смотрит вперёд одинаково горизонтально. От стрелка требуется постоянство биоробота. Опытному лучнику можно даже не смотреть на мишень, все его движения доведены до состояния автоматизма меткости. Можно завязать ему глаза, отвести на двадцать шагов, поставить в сторону мишени и он всадит дюжину стрел в сигаретную пачку.
Стрелять физически не сложно, но всякие тонкости помогают делать это еще легче. Часто желающие пострелять из лука полагаются на свою физическую силу, но оказываются в неприятной ситуации, когда их накаченные руки не в силах натянуть лук, который до этого легко растягивала лучница-школьница. Фишка в правильной постановке тела, движении плеч и особому дугообразному движению правой руки, которая «ныряет» под сустав. Одним словом, множество тонкостей, которые объединяются в технику стрельбы.
Очень важно даже правильно дышать. К примеру, если я задумаюсь и натяну тетиву на выдохе, стрела уйдёт «в молоко» — через несколько секунд после прикладки недостаток кислорода даст о себе знать, и рука будет ощутимо дрожать. Круче стрелять на половине выдоха.
Моя техника пока оставляет желать лучшего — очень многое не доведено до автоматизма. Часто фокусируясь на дыхании или правильном движении правой, растягивающей рукой, упускаю из внимание левую, удерживающую руку, плечо чуть уходит вбок, выверенная стойка нарушается и стрела улетает не туда, куда хочется. В большинстве случаев при неудачном выстреле я знаю, что сделал не так, где не уследил.
⌘ ⌘ ⌘
Я занимаюсь стрельбой в клубе «Арчер».
Нас, лучников, очень немного — постоянно занимается дюжина человек. Из олимпийского лука стреляют всего четверо, остальные предпочитают традицию.
Летом мы занимались на открытом стрельбище, три раза в неделю по два часа. Первые пару занятий я почти не стрелял, учился, ставил правильную технику. Потом занимался на учебном луке, еще через пару недель купил свой. Покупка лука — это настоящее приключение. Из-за того, что стрельба из лука не очень массовое занятие, оборудование стоит очень дорого (а в российских магазинах — слишком дорого). При этом лук нужно собирать из подходящих компонентов.
В результате мой лук приехал из Нидерландов. Он стоит около 20 тысяч рублей — это минимальная цена за комплект, из которого хоть немного приятно стрелять. Приличный лук стоит несколько тысяч долларов, а хороший блочный сравним по цене с автомашиной.
Зимой будем заниматься в зале. Сегодня в этом зале в целях знакомства с помещением устроили небольшой локальное соревнование. Оно стало первым городским турниром по лучной стрельбе. Вот все участники:
Соревнования по стрельбе из лука проходят в два круга.
«Круги» — это этапы, в каждом из которых стреляем десять серий по три стрелы. По три стрелы стреляют потому, что рука немного устаёт тянуть лук, и четвёртая стрела пошла бы хуже второй или третьей. Мы стреляли два круга с дистанции 18 метров. Мишени у нас за спиной характеризуют область, в которую надо попасть с восемнадцати метров.
С рубежа они выглядят вот так:
Мишени побольше — для стрелков из традиционного лука, поменьше — для нас, «олимпийцев».
Первый круг в желтой области — 10 очков, второй — 9, и так далее до единицы.
Первая мишень, из которой торчат стрелы с красно-белыми перьями — моя. Видно, что я набрал 20 очков (9+8+3). Вторая и третья стрелы получили по 8 и 3 очка, потому что задели разделительную линию — в таких случаях очки засчитываются в мою сторону, то есть в большее количество.
Мой соперник Иван (зелёные и белые перья) засадил первой стрелой в десятку.
При стрельбе из лука ценится кучность — чем ближе стрелы ложатся друг к другу, тем круче. Если лучник стреляет кучно, то подстройкой прицела и техники он быстро начинает набирать хорошие очки. Как видно, в этой серии из трёх стрел у меня никакой кучности не было. Но раз на раз не приходится.
Сегодня в двух кругах я набрал 370 очков. Это значит, что каждая стрела приносила мне в среднем 6 очков. Это очень слабо. Нужно, чтобы каждая стрела давала в среднем 8 очков — тогда можно говорить о каком-то уровне. Но для человека, который стреляет три месяца, это весьма неплохо. В итоге занял второе место, уступив только Ивану, который уже хорошо вам известен.
Кстати, стрелы входят в щит очень мощно — иногда приходится вытаскивать специальным приспособлением, пуллером.
Лук — это серьёзное оружие, даже спортивный лук. На коллективной фотографии человек в камуфляжных штанах (его зовут Стас) держит в руках современный охотничий лук, с ним можно охотиться даже на крупного зверя. У четвёртого справа, Николая, традиционный английский лук лонгбоу — стрела, выпущенная из него, пробивает человека на расстоянии в триста шагов. Поэтому соревнования требуют внимательности и соблюдения техники безопасности. К примеру, перемещение за линию стрельбы осуществляется только по свистку судьи.
По результативности стрельбы наблюдаю прогресс — с последних контрольных стрельб прибавил 50 очков на два круга. Если бы в этом соревновании собрался получше, то отстрелялся бы гораздо лучше. Ну да, все так говорят, понимаю.
⌘ ⌘ ⌘
Буду заниматься дальше? Да, буду. Стрельба из лука чуть выросла из моей философии мультихобби и стала чуть ближе к одному из любимых дел.
Мне нравится медитативность стрельбы и спокойствие, которое оно приносит. Стрельба учит расслабляться, напрягаясь, учит дозировать усилия, учит контролировать маленькие, едва заметные свои действия.
В стрельбе из лука есть интеллектуальность, и, прости господи, элитарность. Порог вхождения достаточно высок, поэтому сразу отсекаются люди, приходящие пострелять между пивом и телевизором. Стоимость лука — это тоже порог.
Советую ли я заниматься стрельбой из лука? Я советую найти лучный клуб и попробовать. Еще советую почитать три хороших книжки:
К следующему сезону постараюсь подрасти к результативности и попробовать себя в новом луке, например, английском длинном.
Если у вас есть комментарии или вопросы — жду вас в комментариях.
Замечательная книжка о городе с каналами, геями и травкой богатой историей.
Я раньше никогда не читал книгу об отдельно взятом городе, и, как оказалось, зря. В «Амстердаме» оказалась классная фишка, которая сделала книгу интересной — Герт Мак сфокусировался на небольшом участке земной поверхности (который то и дело грозится уйти под воду) и тщательно рассмотрел его изменение за несколько лет. В его руках Амстердам превратился в муравейник за стеклом — людишки и кораблики, снующие по каналам, кажутся маленькими и почти что не настоящими.
Восьмого января 1767 года Якоб Бикер Райе делает в дневнике следующую запись: «на улице страшный мороз, и в доме холодно так, что несмотря на пылающий в камине огонь, чернила замерзают на кончике пера». Бикер Райе был вполне зажиточным горожанином, типичным представителем среднего класса XVIII века. Он не принадлежал к аристократии, однако имел в верхах достаточно хороших знакомых, чтобы занимать несколько выгодных должностей, почти не требовавших его присутствия. Во-первых, он служил аукционистом на Рыбном рынке (там за небольшую плату всю работу выполнял помощник). Он также числился капитаном местного милицейского отряда, сборщиком налогов на уголь и торф, а также отвечал за ведение записей в учётной книге зернохранилища.
С 1732 года по 1772 год Бикер Райе вёл дневник, куда записывал новости и события дня:
«Йохан Дузар ослеп из-за одной игривой дамочки. Он предложил ей понюхать табачку, а она так сильно хлопнула по крышке, что весь табак полетел ему в глаза. И если поначалу он и видел что-то, то после визита к врачу ослеп окончательно».
«В одном из работных домов мальчик-трубочист упал в котёл с кипящей водой. Беднягу спасли, сорвав с него одежду и густо намазав всё тело свежим растительным маслом».
«Николас ван Стиен, секретарь городского магистрата сбежал вместе с женой виноторговца».
«Семнадцатилетняя девушка выпала из окна из дома на Ньивендейк. Она развешивала бельё на верёвке, слишком сильно оперлась на подоконник, упала вниз и разбилась насмерть».
«Госпоже де Хаан, окончательно свихнувшейся после смерти мужа, провели трепанацию черепа. Нарыв был успешно удалён, но к концу операции дама уже скончалась».
«Сегодня на Молочной ярмарке показывали молодого носорогуса — что за огромный, мощный зверь».
«Испанский моряк сам себя оскопил «от отчаяния», потому что «ходил к шлюхам и ушёл от них ни с чем»».
«В районе Нез с крыши упало бревно и убило возвращавшуюся домой старушку. Теперь её муж страшно горюет. Эти старики так любили друг друга, что бедняга упал на тело своей жены, и его едва смогли оттащить».
«Госпожа не маркетт умерла от странной болезни: у неё не было стула в течение 35 дней, так что под конец проглоченная еда выходила обратно через рот».
«Казнили одного еврея: перед смертью от отказался от последнего причастия и умер как дикий зверь, страшно рыдая на плахе».
Чиновник государственной службы Бикер Райе семьи не имел и много лет жил с матерью, записывая в дневнике городские сплетни и жаловался на подагру, а литературой, живописью и наукой не интересовался вовсе. Даже визит десятилетнего вундеркинда Вольфганга Амадея Моцарта в Амстердам в 1766 году не удостоился его пера.
«Амстердам» — это биографическая книга, главным героем которой является город. Автор проводит нас за ручку через всю его историю — от первых поселений во тьме и сырости прибрежных болот до счастливой середины XX века. Герт Мак использует исторические события и выдающихся личностей в качестве шеста — ими он отталкивается от дна многочисленных каналов, и Амстердам проплывает перед глазами, во временном и пространственном измерениях.
Амстердам превратился в холодный, тёмный и голодный город, движение транспорта практически прекратилось. Немцы разбомбили аэропорт «Схипхол» еще в начале войны, а теперь методично опустошали страну, вывозя в Германию всё, что так или иначе могло им пригодиться: оборудование доков, автобусы, поезда, машины, трамвайные вагоны, велосипеды, ткани… Телефоны не работали, мусор давно никто не вывозил, канализация захлёбывалась нечистотами. А в это время военные патрули отлавливали мужчин в возрасте от 17 до 50 лет для отправки на работы в Германию. В декабре замерла и деловая жизнь города. Большинство амстердамцев не работали, а если и продолжали работать, то не чаще одного или двух раз в неделю. Школы закрылись.
На мой взгляд, средневековое описание города скучновато, а самые интересные моменты посвящены военной истории и послевоенному расцвету хиппи-сквотерского движения. Из книжки стало понятно, почему амстердамцы не преследовали военных преступников и почему сейчас город стал меккой для желающих попробовать травки и продажной любви.
Захватившие большинство домов на Ньивмаркт сквоттеры забеспокоились и стали готовиться к схватке с властями. Делали они это обстоятельно, так, как будто речь шла о вопросах жизни и смерти.
Они вырезали из фанеры импровизированные щиты, переделывали маски для подводного плавания в примитивные противогазы, проводили внутренних телефонные линии, а на крыше одного из домов установили сирену, оповещавшую жителей о собраниях и чрезвычайных ситуациях. Они даже основали собственную радиостанцию (Радио Сирена) и переделали старый пикап в военизированную машину. Из верёвок и холста был построен перекидной мост с одного дома на другой, служивший сторожевой вышкой и способом эвакуации населения.
Переводчики же «детской» литературы в большинстве случаев и не задумываются над тем, к какому гендеру относится персонаж. Механизм таков: сначала название персонажа буквально переводится на русский, а затем персонажу приписывается гендер по грамматическому роду русского слова. Полезно начать иллюстративный ряд с «Винни-Пуха», поскольку там пример гендерного сдвига, с одной стороны, единичный, с другой стороны, структурно значимый для всего художественного целого. Речь идет о Сове, персонаже, который в переводе Б. Заходера впервые был интерпретирован как женский, а мультипликационный фильм Ф. Хитрука дополнительно усилил феминные черты Совы в русском восприятии: Сову в нем снабдили модельной шляпкой с лентами и наделили речевыми манерами школьной учительницы. Образ готов. Между тем все, на чем он держится, — женский род русского слова «сова», ибо в оригинале А. Милна Owl — мужчина (вернее, мальчик, так как герои Милна представляют собой набор разных возрастных и психологических типов детей). А поскольку девочки не имеют склонности к псевдоинтеллектуальному щегольству научной терминологией и маскировке невежества риторикой, то Сова закономерным образом становится старухой-учительницей (вероятно, на пенсии). Кто же такой Owl в «Винни-Пухе»? Если мы учтем, что это мужчина, и к тому же юный (судя по тому, как он вписан в компанию зверей и как с ним обращаются, возрастной разрыв не должен быть большим), — вывод очевиден: перед нами тип выпускника английской частной школы, неоднократно делавшийся мишенью сатириков в XIX-XX веках. Невежество, скрытое за квазиученым лексиконом, высокомерие по отношению к окружающим плюс склонность пускаться в сентиментальные воспоминания — стандартный набор характеристик этого типа, выведенного еще Л. Кэрроллом в образе the Mock Turtle из «Алисы в Стране чудес» (об этом персонаже мы поговорим в дальнейшем). Этот тип к моменту выхода в свет «Винни-Пуха» был уже известен английскому читателю. Милн добавил единственное новшество, доведя тем самым образ до уморительного гротеска: Owl на самом деле вообще никакой школы не кончал и даже читать толком не умеет (последнее обнаруживается в главе о пятнистом Щасвирнусе). → Журнальный зал.
Cтоячие монахи давали обет ни разу за всю оставшуюся жизнь не присаживаться и не ложиться. Они стояли и днем, и ночью, постоянно. Стоя они ели, стоя отправляли естественные потребности. Стоя они молились и пели. Даже спали они стоя, подвешенные на лямках, которые удерживали их в вертикальном положении, не позволяя в то же время упасть. Лет через пять-десять непрерывного стояния ноги их начинали распухать. Кровь с трудом перемещалась по уставшим сосудам, мышцы утолщались. Ноги раздувались до невероятных размеров, теряли всякую форму и покрывались варикозными язвами. Пальцы едва заметно выступали на распухших слоновьих ступнях. А затем ноги начинали худеть и худеть, пока не оставались одни кости, покрыте тонкой пленкой кожи с просвечивающими высохшими венами, напоминающими муравьиную тропу. Боль, которую они испытывали ежеминутно, была мучительной. При каждом нажатии на ступню острые иглы пронзали всю ногу. Из-за этой непрекращающейся пытки монахи не могли стоять спокойно и то и дело переступали с ноги на ногу, раскачиваясь в своем медленном танце, который так же гипнотизировал зрителя, как действуют на кобру руки заклинателя, плетущие на флейте усыпляющую мелодию. → ЖЖ.
Войну ждут покорно. Дело не в конкретной причине и даже не в конкретной стране. Если войны не будет сейчас в Сирии, она обязательно возникнет в ином месте. Войны переходят из страны в страну так же легко, как капиталы. Трансакция войны осуществляется легко, как банковский перевод, — и проследить, кому достается прибыль, невозможно. Принято говорить, что это, мол, Америке выгодно. Но это условное допущение. Сегодня войны другие — совсем не те, о которых написано в учебниках. И выгоды от войны иные. → Эксперт.
Многие поведенческие паттерны взрослых людей контролируются так называемым механизмом быстрого мышления. Он служит для того, чтобы разгружать высокоуровневые механизмы принятия решений, опирающиеся на сложные и медленные оценочные шкалы этики, рациональности и аналитики, — функционально быстрое мышление представляет собой базу данных с ассоциированными парами ситуационных клише и сопоставленных им уже сформированных эмоционально-этических оценок. То есть при появлении какой-либо ситуации, требующей от человека ответной реакции, первое действие мозга — попытка отыскать результат в списке готовых оценок, не вдаваясь в подробности его получения, и применить его в качестве оптимального. → ЖЖ.
В пятницу вечером звонок от нашего таможенного брокера: «Сергей, у нас проблема с вашим грузом. В понедельник на таможенный склад придет большая проверка. Если хотите получить свои телефоны, завтра привезите на склад девять с половиной тонн импортных стройматериалов. Тысячу двадцать пять мест». → ЖЖ.
Сначала я рэп слушал, The Prodigy. А потом был выпускной после 9-го класса, и мы с друзьями пошли на озеро. Уже в ночи, в алкогольном беспределе, мы встретили волосатых людей, рокеров. И побили их. У одного из волосачей выпала кассета, я ее подобрал. У нее не было обложки, только гвоздем выцарапано две буквы: ГО. Я ее послушал той же ночью, и мне стало круто. Я подумал — вот ведь сумасшедший мужик, воет козлиным голосом, а на душе так светло и в то же время страшно. Потом я уже у друзей спросил, что это за музыка такая, и они мне объяснили. → Афиша.
Например, для того, чтобы биотрофный гриб (который питается живыми растениями) проник в растение, ему необходимо сначала как-то проломиться через клеточную стенку и мембрану, чтобы поживиться. Процесс называется инокуляцией. Патогены используют кучу стимулов, чтобы определить подходящее место для внедрения. Иногда пользуются неровностями листа, чтобы скатиться поближе к устьицу. Через устьице растение выделяет себе всякие ароматы, которые распознаются патогеном как сигнал — «о! давай, прорастай». Из споры лезут структуры для пенетрации — аппрессории, которые пока подбирают пока еще крохи на поверхности листа, чтобы поживиться. Если устьица нет, то включается система прямого взлома. Аппрессории выделяют всякие ферменты — кутиназу, целлюлазу, пектиназу, чтобы разрушить клеточную стенку и добраться до клеточной мембраны. В этот момент растительная клетку уже получает сигнал о взломе и начинает включать дополнительные механизмы защиты на мембране, если таковые имеются. (Фитопатолог начинает загибать пальцы, перечисляя гены. А названия генов это аббревиатура). Один из лучших выходов для растения, если какой паразит уже проник, это тут же немедленно самоубить клетку вместе с паразитом. Это хоть и выглядит не очень эстетично, с пятнами и некрозами, но хоть гриб дальше не ползет. Что делает при этом гриб? Он отключает систему самоуничтожения растения разными молекулами, быстро разрастается в клетке. Вырубает имунные пути разными способами, врубает пути восприимчивости, репрограммирует метаболизм так, чтобы клетка жила себе спокойно и ничего не подозревала и включала гены для обеспечения питания и роста гриба (фитопатолог начинает загибать пальцы, перечисляя и пути, и гены. А названия и путей, и генов это аббревиатура). И гриб разрастается гаусториями вот так — тут фитопатолог прищуривается, разжимает два кулака перед собой веером и будто поглаживает большой шар. → ЖЖ.
Однажды готовили сценарий для клиента. Один, два… десять. И каждый раз клиент не принимал предложения и ещё скандал устраивал. В конце концов кто-то нашёл информацию, что бренд-менеджер в детстве занималcя фигурным катанием. Мы написали сценарий, где в основе сюжета было фигурное катание, — клиент тут же его утвердил. То есть формально это креатив никак не улучшило. Но клиент ощутил знакомую поляну, мог активно принимать участие в обсуждении деталей производства с позиции знатока. → Hopes&Fears.
Беннет говорил страстно, с красочными примерами, с конкретными предложениями, но конгрессмены слушали рассеянно. Эрозии почв в Канзасе и Оклахоме?.. Далеко, неточно, неясно… Беннет уже стал замечать, что сенаторы зевают. Его помощник тихо подошел сзади и прошептал: «Потяните еще минут 15. Она подходит». Беннет привел еще несколько примеров, рассказал пару фермерских шуток… Ровно в 3 часа, вдруг, небо потемнело. Оно стало странного, бронзового оттенка. «Пора заканчивать, — сказал кто-то из сенаторов. – Гроза». – «Нет, это не гроза, джентльмены, — сказал Беннет. – Это – то, о чем я вам уже битый час толкую. Это – привет из Оклахомы». Сенаторы бросились к окнам. В этот день все поняли, что Пыльный котел – реальность. → Радио Свобода.
Британские исследователи заметили, что в диагностике острого аппендицита у больного, которого везут в машине скорой помощи в госпиталь, прекрасно помогают «лежачие полицейские». Характерное усиление боли во время «подпрыгивания» машины на дороге в 97 процентах случаев свидетельствует в пользу предполагаемого аппендицита. → ЖЖ.
— Сэр, вы не имеете права ездить по трассе без опознавательных задних знаков.
— Да, я знаю. Но у меня перегорел фонарь как раз в середине моего пути. Как только я доеду до ближайшей заправки — я поменяю его.
— Извините, но вы не можете продолжать движение по трассе без опознавательных знаков.
— Офицер, но что вы предлагаете мне сделать? Как вы видите, слева у нас гора, справа — обрыв. Впереди и сзади — трасса, по которой я не могу ехать без заднего фонаря.
— Я не знаю. Но вы не имеете право ехать по трассе без опознавательных знаков.
— Хорошо. Давайте я его просто покачу велосипед до ближайшего пункта.
— Сожалею, но пешеходам на трассу вход воспрещен.
— Ок. Давайте я останусь здесь, дождусь пока встанет солнце и поеду дальше.
— Это невозможно, вы представляете собой угрозу для водителей.
— Ок, что же нам делать?
— Не знаю, сэр. Но вы не можете находиться на трассе без опознавательных знаков. → ЖЖ.
В начале августа мы с Аней провели две замечательные недели в Финляндии, о чём будет наш рассказ.
Путешествие в Финляндию получилось слегка спонтанным. Мы с Аней пока еще живём в Череповце, поэтому любое путешествие дальше соседнего города Вологда сопряжено с поездкой в Москву или Питер. Это значит, что нужно прибавлять два дня ко времени и примерно 10.000 рублей к стоимости, что накладывает некоторые ограничения на планирование поездки.
А тут выяснилось, что авиакомпания «Северсталь» запускает прямой рейс в Хельсинки — 50 минут, и ты в стране Муми-Троллей, причём за вполне разумные 100 евро в одну сторону. Мы решили слетать, и я побежал покупать билеты в кассу — электронные билеты на этот рейс как-то не очень продавались. К сожалению, рейс в Хельсинки как назначили, так и отменили. Мы быстренько внесли коррективы в наши планы, и решили добираться в Финляндию на самолёте, но с пересадкой в Питере. В результате стоимость переезда сравнялась с нашим обычным маршрутом в Хельсинки на поездах, но зато мы здорово сэкономили по времени: выехав из дома рано утром, в час дня уже были в сауне стране озёр.
Попутно добавили в копилку два новых для себя самолёта: Bombardier CRJ-200 и ATR-72. На первом видел грозу с воздуха и потрясся в ней, а на втором летел спиной вперёд — необычные ощущения. Еще хочу выслать лучи негодования аэропорту «Пулково». Никогда бы не поверил, что между терминалами аэропорта можно перемещаться либо на такси, либо на двух маршрутках с пересадками.
⌘ ⌘ ⌘
Сразу хочу сказать большое спасибо нашим финским друзьям, Саше и Стасе. Мы изначально планировали попить с ними кофе, но в результате виделись практически каждый день. Саша и Стася буквально «сделали» наш отдых: возили нас по национальным паркам и городам, помогали найти хорошие кафе, посоветовали сплавать на пароме в Эстонию, звали в гости.
Вот Саша:
Саша работает программистом, занимается стереофотографией и снимает трёхмерное кино, прыгает с парашютом и всей душой любит «Доктора Кто». У него есть интересный бложик на русском.
А вот Стася:
Стася очень любит шерсть и всякие штуки, связанные с ней. Она сама красит шерсть грибами и мхами, расчёсывает её страшной машинкой, скатывает в ниточку на прялке (у неё их целая коллекция), валяет. Иногда Стася работает графическим дизайнером. За ней можно понаблюдать в инстаграме.
⌘ ⌘ ⌘
Большую часть времени мы прожили в Хельсинки.
В Хельсинки чрезвычайно развита морская культура. В городе несколько марин, забитых яхтами, набережная буквально кишит паромами и паромчиками, кораблями самых разных видов: паровыми, колёсными, парусными. Для финнов иметь яхту или моторную лодку — это как для нас иметь машину. В обычных супермаркетах продаётся корабельный лак и швабры для надраивания палубы.
Прямо напротив центральной набережной на острове расположен ресторанчик. До него можно добраться только на лодке.
Город местами очень похож на Амстердам.
В городе постоянно ощущается присутствие воды. Воздух пахнет водой, на губах ощущается слабый, едва различимый привкус соли. Очень много чаек разных видов.
Чайки, кстати, страшноватые — как-то раз я попытался их покормить кусочком хлеба. Мгновенно вокруг меня приземлилась целая стая голодных чудовищ, которые прыгали по земле, разинув клювы.
Еще иногда встречаются гуси — они спокойно ходят по траве, или патрулируют территорию, сбившись в шеренги. Повсюду разбросаны их пуховые перья, очень приятные на ощупь.
В центре стоит огромный Кафедральный собор, который опирается на большую лестницу. На ней очень приятно фотографировать людей.
На одной из центральных улочек стоит будка, в которой каждый день выступают самодеятельные рэперы, певцы, поэты.
В один из дней удалось застать какой-то военный парад. Маршировали все три десятка финских военных.
В Финляндии обязательная военная служба для юношей. Обычно все стараются отслужить, тем более что служба спокойная и дает какие-то преференции в будущем. Страна небольшая, поэтому солдат обычно отпускают на выходные домой, и они ездят в автобусах и поездах верхом на своих огромных рюкзаках. Оружие с собой, как в Израиле, не возят.
В Хельсинки очень здорово развита велосипедная культура. Велики есть почти у всех, каждый пятый финн ездит на велосипеде круглогодично.
Большая часть города охвачена двухполосными велодорожками со специальными светофорами. В один из дней мы брали велики в прокат и с большим удовольствием покатались. Есть только два существенных минуса. Во-первых, город расположен на холмах, и порой достаточно трудно крутить педали в горку. А во-вторых, в Хельсинки нет городского проката велосипедов, и их приходится брать в аренду в дорогой и слегка сомнительной конторе.
⌘ ⌘ ⌘
В Хельсинки какая-то странная ерунда с гастрономической культурой. Большой, богатый, преуспевающий город не может похвастаться приятными кафе и недорогими ресторанами, которых полно в других европейских столицах. Даже почти российская Одесса с лёгкостью заткнёт Хельсинки по ресторанной культуре.
Хороших кафе мы вообще почти не встретили, одно приличное и то оказалось на французский манер и называлось «Ашан». Кофе в Финляндии обычно капельное, разливается из литровых чайников и не очень вкусное. Зато кофе продаётся и наливается практически везде, часто кофемашина стоит даже в небольшом супермаркете.
Типичное финское кафе выглядит как столовая со странным устройством. Первое время мы вообще не могли в них разобраться. Заходишь в кафе или ресторанчик, и видишь вдали кассу, правей — пункт выдачи еды. В паре мест стоят длинные столы с разложенными на них салатами, закусками, хлебом. Еще в паре мест стоят кофейные машины. Непонятно, что где брать, куда идти, где расплачиваться. Оказалось, что в Финляндии еда обычно состоит из двух частей: горячее заказывается где-то в районе касс, а салаты, напитки и закуски берутся к горячему неограниченно, в режиме шведского стола.
Еда в большинстве мест… ну, обычная. Недорогих и очень вкусных хипстерских местечек мы вообще не встретили. Одним словом, Финляндия — это не та страна, куда стоит ехать ради гастрономических впечатлений. В Хельсинки есть много этнических ресторанчиков (самые вкусные — непальские), но это немного не то. Один раз обедали в русской пельменной с вполне приличным вегетарианским борщом.
Единственное, что запомнилось — это рынок Каупахалли.
Небольшое двухэтажное кирпичное здание чуть более, чем полностью состоит из различных финских вкусняшек: от свежайшей рыбы различных способов приготовления до хлеба, сыра, специй и многого другого. Всё очень вкусно и красиво.
Финны очень любят карельские пирожки — они продаются везде, в любых продовольственных магазинах. Они простоваты, чуть грубоваты, с жёсткой корочкой и мягкой начинкой, прямо как сами финны.
Еще впечатлил чрезвычайно быстрый эквайеринг — оплата карточкой происходит практически мгновенно. Вставил, нажал пин-код, и сразу вытащил карточку. Почему-то в других странах операция занимает в несколько раз больше времени.
Еще удивила вода — она очень вкусная, её наливают прямо из-под крана. Я воду из-под крана пил только по большой нужде в школе и вот, в Финляндии.
А вот с алкоголем большие трудности. Весь алкоголь продаётся в специализированных магазинах, которых немного, и которые работают по сокращённому графику. В супермаркетах есть только пиво и немного вина. Финны ездят за алкоголем в соседнюю Эстонию. Мы один раз в супермаркете покупали к ужину две небольшие бутылочки сидра — с нас потребовали паспорта, причём у обоих. Говорят, что лучший подарок финну от русского гостя — это алкоголь или сигареты.
Еще по Хельсинки курсирует пивной трамвай — можно зайти, сесть и выпить кружечку пива по пути.
⌘ ⌘ ⌘
Финские дома — это храмы организованности.
Оба раза мы снимали квартиры через AirBnB, и оба раза в квартирах всё было организовано, уложено, упаковано, расставлено и убрано идеальным образом. Открываешь кухонный шкаф, а там прямо порнография для любителей порядка. Похоже, что у финнов такой порядок заложен в ДНК.
В финских квартирах не встретишь ванную в привычном для нас понимании. Даже душевой кабинки не встретишь — будет просто пол с небольшим уклоном, выложенный плиткой, да душ сверху. Зато в каждом доме есть сауна, в которую жильцы записываются по очереди.
Очень много деревенских саун, сотни тысяч. По закону сауну нельзя размещать ближе нескольких метров от воды, но хитрые финны ставят сауну на рельсы и подкатывают к воде, пока нет проверок — так круче прыгать из парилки прямо в воду.
В Финляндии немало странных законов и правил. Например, жилец может выбирать происхождение электроэнергии, которой он пользуется. Хочешь, нагревать сауну солнечной электроэнергией, а освещать комнату ядерной — пожалуйста.
Еще зимой не стоит открывать окна для проветривания — ответственный за дом может заметить повышение расхода энергии на обогрев дома и попросить больше так не делать.
В большинстве домов ключ от квартиры открывает еще и подъездную дверь. А еще ответственный по дому имеет копии ключей всех жильцов, на случай всяких чрезвычайных ситуаций. Представьте, что было бы, если бы наш ЖЭК потребовал у всех жильцов копии их ключей.
Финны вообще приятно помешаны на экологии. Раздельный сбор мусора — это норма для всех, даже мы на второй день сами стали разделять мусор. Многие финны выключают двигатели на светофорах, чтобы не перерасходовать топливо.
Завести домашнее животное в Финляндии — это сложно и дорого. Во-первых, нужно проходить специальные курсы и сдавать экзамен. Во-вторых, нужно заплатить немало за само животное, купить ему медицинскую страховку и платить ежегодный налог. В стране немало вполне обеспеченных людей, которым домашнее животное просто не по карману. Думаю, будет лишним говорить, что бездомные животные отсутствуют как класс (в отличие от бездомных людей, кстати).
⌘ ⌘ ⌘
В Финляндии два национальных языка: финский и шведский. Шведский остался с тех времён, когда Финляндией руководили захватившие её шведы. С тех пор на шведском говорит примерно 5% населения (обычно это жители западных территорий), однако шведский изучают в школе как второй государственный язык.
Большинство надписей и объявлений в стране дублируются на два языка, что порой немало путает. К примеру, город Пассила звучит как Бёё, а Тиккурила — Диксурбю. Самих финнов не очень радует такое лингвистическое соседство, но они терпят.
Финский язык — очень сложный. Для того, чтобы сдать минимальный государственный тест, нужно учить его год по несколько часов в день. В финском нет будущего времени, уменьшительно-ласкательных суффиксов, у слов нет мужского и женского рода, множественное число может использоваться вместо единственного. Зато есть пятнадцать падежей и постоянное удвоение гласных. В слове hääyöaie (намерение на брачную ночь) семь гласных и одна согласная, а предложение «в твоих ли сапогах?» состоит из одного слова — saappaissasiko?
⌘ ⌘ ⌘
В Хельсинки есть приятный ботанический сад.
В Финляндии вообще очень много зелени, всё растёт несмотря на суровый северный климат.
⌘ ⌘ ⌘
В один из дней съездили в город Тампере.
Тампере зажат между двумя большими озёрами, Нясиярви и Пюхяярви. Вот Нясиярви:
Между озёрами — двадцатиметровый перепад уровня воды, поэтому в городе много всяких гидросооружений и электростанций.
Вода тёмная, быстрая и холодная.
У финнов тоже есть привычка вешать свадебные замки на мосты. Иногда к ним присоединяются парочки счастливых русских сварщиков:
Многие фабрики переоборудовали в хипстерские культурные кластеры и музеи.
В нескольких километрах от города, на холме, находится обзорная башня, с кафе в основании. Финны приезжают туда отведать очень вкусных пончиков.
В Финляндии вообще очень много различных башен и башенок. Некоторые стоят просто в лесу.
Башни внутри — деревянные:
Сверху открывают приятные виды:
Еще много различных локальных музеев, расположенных в глуши. В них можно добраться только на машине. К примеру, от Тампере мы поехали куда-то на север, и через час приехали к совершенно шикарному музею ретроавтомобилей, который стоял на холме, в лесу.
Внутри — коллекция машин, мотоциклов, велосипедов, различных свечей, билетов, перчаток и прочего — всё собрано силами энтузиастов. Кстати, вот его сайт. Ещё музей охраняет какая-то старая и знаменитая собака — стена вокруг её будки была увешана рисунками фанатов.
Саша рассказывал о другом музее. На опушке леса стоят десятки танков, пушек и прочей военной техники. Представляю, что выглядит это впечатляюще.
⌘ ⌘ ⌘
Побывали в национальном парке Торронсуо.
Торронсуо — это огромное многокилометровое болото, по которому прокинуты деревянные мостки. Тонкая белая ниточка на фото вверху ↑ — это и есть эта дорожка. Снято, кстати, с очередной лесной башни.
Местами дорожка проходит через небольшие лески:
Местами травка и ёлочки сменяются адскими, булькающими топями.
Ребята показали мне какие-то хищные росянки. Удивительно, кем они питаются на болотах и как выживают суровыми зимами.
По деревянным мосткам, вылизанным дождями и солнцем, очень приятно идти босиком. Еще можно искать чернику, которая растёт буквально рядом с мостками.
Болотная дорожка заканчивается в лесу, небольшим каменным карьером. Не знаю, что там добывали раньше, но порода похожа на болотное железо со слюдой.
В лесу тропинка легко находится по вот таким жёлтым маркерам — они прибиты к столбикам или просто к деревьям через каждые несколько метров:
Таллин
В один из дней сплавали на пароме в Таллин. Оказалось, что между Хельсинки и Таллином всего 60 километров морем, которые преодолеваются за три часа на пароме. Мы решили потратить один день и сплавать в соседнюю Эстонию.
Паромы очень крутые, плывут тихо, на борту есть бесплатный вай-фай.
Удивился, какой сильный и холодный ветер в море.
Таллин встретил огромной чайкой, которая рылась в мусорном баке и большим количеством магазинов со спиртным — они буквально окружили паромные терминалы. Из-за строгости алкогольных законов многие финны плавают в Эстонию только ради недорогого и доступного, простите, бухла. Обратно они едва идут, нагруженные бутылками, коробками и ящиками, многие напиваются прямо на пароме — наблюдать это неприятно и странно. Впервые видел, как для удобства алкоголь продают ящиками по два десятка бутылок.
Сам Таллин не очень понравился. Он какой-то игрушечный, ненастоящий.
Может быть, я просто развращен европейскими средневековыми городами вроде Зальцбурга и настоящими крепостями, вроде Бесалу.
С другой стороны, Эстония — это самое доступное и близкое средневековье (если только Львов не ближе). Из-за этого город неплохо так вытоптан туристами.
Некоторые приезжают на тяжёлых велосипедах-тандемах:
Понравилось, что многие замковые башни заселены музеями и ремесленниками.
С другой стороны, мы в городе были всего несколько часов, так что я очень субъективен.
Под конец впечатление и дождь скрасили хорошие сувенирные магазины и вкусный кофе.
Исторический Таллин очень маленький, и легко обходится пешком за пару часов.
Многие друзья с удовольствием ездят в Таллин, но я сюда больше не хочу.
⌘ ⌘ ⌘
Еще успели побывать в городке Тиккурила, в большом техническом центре Heureka. Очень классный центр-музей, особенно для детей.
В нём можно попробовать на ощупь физику, лично провести несколько десятков опытов. Я чувствовал себя небольшим переростком среди детей, но с удовольствием поднял над землёй «Мини-Купер» с помощь полиспаста.
Еще в «Эврике» побывали на знаменитой выставке Гюнтера ван Хагена «Body Worlds». Все экспонаты анатомической выставки сделаны из человеческих тканей и органов, специальным образом обработанных. Можно посмотреть на настоящее сердце, на эмбрионы, отсортированные по возрастам, или на коллекцию опухолей.
Сперва выставка кажется шокирующей, но потом отношение к ней меняется. Десятки тел, сотни органов и тканей представлены очень хорошо, не по́шло. Эта выставка здорово обучает анатомии, лучше любых учебников и фильмов. Обязательно сходите при случае.
⌘ ⌘ ⌘
В Хельсинки нет блошиных рынков в нашем понимании, но зато есть так называемые «центры переработки». В эти центры финны приносят старые ненужные вещи, где их очищают, сортируют и продают очень недорого.
Центр лучше любого блошиного рынка! В нём можно купить всё: от клавиатурных клавиш и зубочисток (на вес) до шкафа или гитары. Разумеется, книги, картины и одежда в них тоже есть. Нам очень понравилось гулять по центру — всё очень чисто, с ценниками, без странных личностей и гор хлама, вываленных прямо на тротуар.
Еще я приятно поражен финской полиграфией. В стране с населением пять миллионов человек выпускается куча книг отличного качества. Букинистические магазины полны отличной литературой разных годов.
У финнов есть две местные марки керамики: Iittalla и Arabia. Они делают достаточно дорогую керамику, которую можно встретить дома у каждого финна. Большинство керамики выпускается ограниченными сериями и коллекционируется. Поэтому можно найти магазинчик с кучей старых, странного вида тарелок, каждая из которых стоит несколько десятков евро — для фанатов. Я смог себе позволить только одно блюдечко.
⌘ ⌘ ⌘
А вот с музеями в Хельсинки как-то странно. Были в художественном музее «Антенеум» — хуже музея я не встречал. Такое чувство, что финнам приказали собрать на площади все картины, что есть в стране, а потом их засунули в музей. Работы уровня студентов технического вуза соседствуют с письменным столом середины прошлого века и сервизом, из которого ел президент.
Долго думали, с чем ехать в Финлядию? Выстругивать визитки из дерева? Рисовать морошкой?
В итоге купили несколько больших стирательных резинок, превратили их в штампики и нанесли на крафт-бумагу паттерн из Мумми-троллей, «Энгри бёрдс» и всяких травок. Каждая визитка чуть отличалась от из-за смещения штампиков и неровности распределения краски.
⌘ ⌘ ⌘
Собственно, такая вышла поездочка.
В Финлядии я был уже далеко не первый раз, но впервые почувствовал страну. Хочется съездить еще, тем более что самолёт Череповец → Хельсинки вернули обратно.
Мой блог переехал на новый домен со всем своим нехитрым контентом. Добро пожаловать!
Сейчас будет длинный пост с лирическими отступлениями и презентациями проектов.
Свой первый блог я завёл в 2005 году. Это был какой-то унылый ЖЖ, я уже слабо помню про него что-то. Помню, что интерфейс тогда был английским, а мои посты состояли из одного предложения вроде «Блин, опять порвал струну на гитаре». Этот блог быстро удалился, за ним последовала еще парочка ЖЖ. Последняя попытка прожила пять лет, велась с переменным успехом и сейчас практически заброшена.
Несколько лет назад (сколько не помню) ребята с моего первого настоящего места работы научили меня пользоваться RSS-ридером, и я открыл для себя удивительный мир стэндалон-блогов. Тогда мне особенно нравился блог «Меткере» — его ведёт Илья Кабанов в режиме альманаха обо всём на свете. Я был поражен, как же круто иметь своё доменное имя, вести блог со своим дизайном и ни от кого не зависеть! Еще мне очень нравились (и до сих пор нравятся) блоги Анатолия Воробья и Евгения Степанищева.
Тогда я решил завести свой блог. В 2010 году я работал копирайтером-фрилансером, и поэтому доменное имя выбрал соответствующее: ctrl-c-writer.ru. С тех пор я сменил несколько мест работы и стал бесконечно далёк от того, кем был тогда сам и какой блог вёл. Сейчас мне кажется, что единственный бренд, который стоит развивать человеку — это бренд его собственного имени. Поэтому пришло время сменить адрес сайта.
Ну ладно вам смеяться! Я, между прочим, ради фотографии специально надел эту рубашку (второй раз в жизни) и час сидел под страшным прожектором. Получилось даже круче, чем у Платона. Зато теперь есть страничка-визитка, на которую не стыдно дать ссылку. Вот, даю:
Блог адаптирован под ретину, нормально читается на айфонах и айпадах.
Вместо унылого Дискуса появилась новая система комментирования. Комментарий можно оставить в блоке под этой записью, а можно прямо в тексте. Для того, чтобы оставить комментарий в тексте, его нужно выделить, и… вуаля!
Я избавился от кучи рубрик, оставив всего четыре: интересности, книги, путешествия, ссылки и мысли. Теперь если хотите прочитать все мои рецензии — достаточно просматривать блог по соответствующей рубрике.
Обновились лайкалки. Из них вывалился дохлый гугл-плюс, всё остальное работает. К сожалению, лайки к старым постам перенести уже нельзя. А вообще я могу только сказать спасибо всем, кто лайкает посты и распространяет их в сети — вы здорово мотивируете меня.
Блог переехал на новый хостинг, американский, облачный и мощный. За последний год посещаемость сильно выросла, и старый хостинг уже с трудом справлялся.
Остался столь любимый мною Орфус. Если вы увидели ошибку в блоге (или хотите сказать что-то мне одному) — выделите кусочек текста и нажмите
Ctrl+ Enter
Попутно хочу сказать спасибо всем, кто исправил тысячи ошибок в моём старом блоге. Вы здорово помогаете мне вести блог и делать его грамматически правильным.
Анонсы записей также появляются в моём твиттере. Иногда еще анонсы появляются в других социальных сетях, но я думаю понемногу искоренять эту практику.
⌘ ⌘ ⌘
Большое спасибо Артуру Пайкину за разработку блога. Артур — мощный, самодостаточный веб-специалист с правильным чувством прекрасного. Он дотошный и аккуратный, сначала разбирается, а потом делает. С Артуром приятно работать и дружить. Если вам нужен веб-проект или блог — советую, вам понравится.
⌘ ⌘ ⌘
Madscånner
Безумный сканер — это моя цифровая коллекция случайного бумажного дизайна.
Я очень люблю бытовой бумажный дизайн и несколько лет собираю бумажки, которые вьются вокруг меня шуршащим вихрем: чеки, марки, открытки и прочие штуки, которые трудно как-то классифицировать.
Эти бумажки бережно хранятся, оцифровываются и выкладываются в блог madscånner. Они выкладываются в блог бессистемно, проходя только через очень строгий фильтр моего эстетического восприятия.
Я не знаю, как можно использовать Безумный сканер, разве что для вдохновения. У меня нет никаких целей ведения этого блога, просто мне приятно собирать и оцифровывать небольшие кусочки целлюлозы. Говорят, всё, что попадает в сеть, остаётся в интернете навсегда. Оно и к лучшему — бумажки истлеют, а их электронные души будут жить вечно.
Безумный сканер всегда рад вашей помощи — бумажки, которые могут заинтересовать его владельца, можно прислать ему по почте. Вот адрес:
162606, г. Череповец, ул. Металлургов д. 13 кв. 10 Королю Сергею Олеговичу
Накоплю достаточно хороших бумажек — издам книжку или фэнзин.
Спасибо большое Ане за работу над блогом. Она взяла кусок мраморного вордпресса, а потом отсекла от него всё лишнее.
⌘ ⌘ ⌘
Вещи и сны
«Вещи и сны» — это мой небольшой псевдолитературный гонзо-проект.
Я даже слов не найду, чтобы его описать как следует.
Ну, ладно. Представьте, что гитарист популярной хэвиметалл-группы по вечерам ходит в детскую музыкальную школу, чтобы после уроков, в тишине, поиграть на скрипучем пианино что-то очень пронзительное и грустное. Так вот, «Вещи и сны» — это моя музыкальная школа.
Иногда тексты разбавляются рисунками Ани и моими фотографиями на различные устройства. Изредка в блоге гостит madscånner.
Блог обновляется по мере творческих сил. Автор надеется дожить до момента его публикации в печатной книге, но сомневается, что к тому времени бумажные книги еще будут выпускаться.
⌘ ⌘ ⌘
Над блогом работал целый коллектив авторов:
Логотип нарисовала замечательная Марина Зайцева. Она тонко чувствует и схватывает на лету.
Паттерн на фоне — дело рук Даши Аникеевой из Студии. Даша — одна из лучших орнаменталистов в России, и мне несказанно повезло.
Ребята, мои друзья из студии Tricky Eyes выпустили классное приложение — Tricky Letters.
Несколько месяцев назад Юля Нечаева и Сергей Сурганов предложили мне протестировать их новое приложение. Я загрузил его на телефон и офигел. Это было очень круто.
Tricky Letters «играет» на нашем удовольствии получать письма. Нет ничего приятней, чем находить в почтовом ящике письмо от друга или того, кто хочет им стать. Приятно получать нешаблонные письма, не по расписанию. Приятно не знать, что внутри.
В приложении живёт маленький почтовый ящик. Время от времени в него приходят письма: случайные, странные, необычные. Например, вот такие:
У писем нет пользы или смысла, кроме маленькой порции вдохновения. Получил, задумался на минуту, слетел с привычного бесчувственного ритма жизни — значит, послание обрело адресата.
Я играл с первой версией приложения, которое не увидело свет. Затем я играл с новой версией, за неделю до релиза. Оно стало гораздо лучше. Ящик ожил, научился разговаривать со мной, у него появились темы:
Одним словом, я рад, что Сергей и Юля нащупали такую простую и приятную штуку. Я не могу объяснить, зачем мне нужен плоский почтовый ящик и что он мне даёт, но ящику это тоже не нужно. Нам просто хорошо вместе.
Совершенно замечательная летопись последних лет Российской Империи от лица купца и наблюдательного человека:
«Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое» — это огромная книга, на 800 страниц убористым почерком, но читается она словно сочный исторический роман. Её автор, Николай Александрович Варенцов, имел счастье застать конец Российской Империи и прожить границу XIX и XX веков, будучи достаточно успешным предпринимателем. Он своими глазами видел жизнь сливок общества и лично наблюдал, как эти сливки понемножку сворачивались.
Идя как-то по переулку, расположенному между улицами Никольской и Ильинка, встретил биржевых маклеров Николая Никифоровича Дунаева и его зятя Иону Дмитриевича Ершова, сильно смеявшихся. Поздоровался с ними и спросил? «Поздравить вас? Нужно думать, смотря на ваше веселье, хороший гешефт с делами!»
«Ну, — сказал Дунаев, — гешефта не сделал, а потерял десять рублей, но, право, я готов заплатить еще столько же, чтобы испытать такое же удовольствие, какое я получил от этой потери. — И рассказал: — Был у Павла Михайловича Рябушинского с предложением купить хлопок. Павел Михайлович, как всегда, был любезен и в конце разговора спросил у меня:
— А, наверное, ты угощаешь своих покупателей?
— Как же, Павел Михайлович, приходится, без этого не обойдешься.
— А вот меня ни разу не угостил!
— Угостить вас для меня будет большой честью, если только вы осчастливите меня этим!
— Ну, когда угощать меня будешь, наверное, красненькую издержишь?
— Конечно, даже больше — сколько пожелаете!
— Как давай десять рублей, и угощать меня не придётся.
Я смотрю на него во все глаза, предполагаю с его стороны шутку; достаю бумажник, медленно вынимаю красненькую, подаю, думаю, что он сейчас расхохочется и скажет, что «я пошутил».
Павел Михайлович спокойно взял деньги, открыл ящик своего стола и, разглаживая красненькую, уложил её с другими деньгами, сказав:
— Вот и хорошо: тебе расходовать на угощение не придётся, и у нас обоих для дела останется больше времени.»
Эта книга — настоящая энциклопедия дореволюционной жизни. Варенцов обладает двумя главными качествами энциклопедиста-летописца: он чрезвычайно внимателен к деталям и любопытен, а еще он обладает великолепной памятью. В книге мне встретились тысячи фамилий, фактов, названий, дат — и, если верить многостраничным комментариям редакторов, Варенцов крайне редко в них ошибался. Это особенно удивительно потому, что свои объемистые мемуары Варенцов писал уже на исходе жизни, в сороковые года, живя в Советском Союзе в большой нужде. И как только его память смогла пронести столько через десятилетия борьбы за выживание?
Был костюмированный вечер у известного оптовика суконных товаров М-а, в его доме на Новой Басманной, некогда принадлежавшем В.А. Хлудову. После ужина часть более солидных гостей разъехалась, оставшиеся гости, разгоряченные вином и весельем, были свидетелями пляски хозяйки дома, отличавшейся грацией и красотой. Она танцевала голая на обеденном столе, имея только шелковые туфельки, доведя зрителей до невозможного возбуждения от её прелестей.
Особый кайф — это детальное описание устройства общественной жизни. Из мемуаров Варенцова можно узнать, как жили и как вели дела купцы и предприниматели, понять особенности их деловых и личных взаимоотношений. По сути, в книгу встроен маленький учебник ведения дел в дореволюционной России. А помимо этого — огромное количество фактов об устройстве быта! Внимательный читатель откроет для себя в книге настоящий Клондайк.
Мне однажды пришлось выехать за границу из Петербурга и находиться в вагоне, нужно думать, с очень крупным чиновником. Он имел один четырёхместное купе, куда ему приносили чай, завтрак и обед, так как он считал невозможным идти в вагон-ресторан и сидеть с обыкновенными смертными. Кондуктора, проводник относились к нему с особым почтением, всеми способами угождая ему, а он же сидел в своём купе, как сурок, изредка позволяя выйти на больших станциях, чтобы немного размяться. Только перевалили за границу, сразу случилась с ним метаморфоза, сделался неузнаваемым: побежал с большой прытью пить немецкое кофе, есть сосиски и сделался сразу со всеми общителен.
Одним словом, я советую прочитать эту книгу, если вы хотите лучше понимать дореволюционную жизнь. Вместе с книгами Гиляровского они дадут правильное представление о жизни, которую мы романтизируем или проклинаем, но которую совершенно не представляем себе.
Небольшая книга о том, как будет устроена политическая система в самом ближайшем будущем.
Леонид Волков и Фёдор Крашенинников сформулировали немного утопичную, но неизбежную модель облачной демократии. Облачная демократия — это система управления государством, основанная на мгновенном электронном волеизъявлении граждан. Этакий глобальный фейсбук или вконтакте, впитавший в себя государственные функции. Не нравится Путин — разлайкал его, и Путин ушёл. Хочешь продвинуть законы о легализации марихуаны — собирайся с такими же, как ты, в группу, формулируйте закон и собирайте голоса.
«Хавала», неформальная финансово-расчётная система, используемая преимущественно на Среднем Востоке, в Африке и в Юго-Восточной Азии. В Китай ее называют«фэй чьен», на Филиппинах «падала» , в Пакистане «худж», в Таиланде «фей кван». На иврите слово «хавала» означает «посылка», с арабского это слово можно перевести как «расписка».
Эта система сформировалась в Индии задолго до появления западной банковской системы и до распространения западного банковского дела на Востоке. Используется эта система расчётов в основном иммигрантами, зарабатывающими на Западе и отсылающими деньги родственникам.
Хавала основана на переводе денежных средств путём однократных уведомлений – в виде письма, телеграммы или телефонного звонка. Материальные ценности в виде денег, золота и драгоценных камней перемещаются из страны в страну без сопроводительных финансовых документов. В силу того, что все финансовые транзакции осуществляются методом взаимозачёта или при личных встречах (второе случается значительно реже), отследить эти потоки государственные контрольные органы не в состоянии.
На практике это выглядит следующим образом. Иммигрант, желающий отправить деньги на родину, обращается к известному в общине человеку, который является брокером системы. Он сообщает координаты родственников и передает деньги. Брокер (назовем этого почтенного человека так) после получения денег отправляет своему партнёру в стране назначения платежа сообщение. Сообщение содержит только сумму, имя получателя платежа и код (чаще всего порядок цифр на купюре).
Родственникам иммигранта достаточно прийти к ближайшему оператору этой системы и назвать код платежа. И деньги получены, без всякого участия мировой финансовой системы.
Трудно сказать, увидим ли мы облачную демократию в нашей жизни, однако в основном Волков и Крашенинников правы — традиционная система управления государством слишком сложна и дорога в реалиях интернетизации общества.
Вот саммари книги:
Демократия – это роскошь. В качестве способа управления государством она стала доступна людям только тогда, когда они достигли относительно высокого уровня жизни.
Бежать за самым сильным и не задумываться, почему именно туда и именно за ним, – это самая простая и понятная форма политической активности.
Поразительным образом один и тот же человек способен много и подробно разглагольствовать о дорогостоящих выборах, в результате которых к власти в очередной раз придут заведомые негодяи, и при этом в упор не видеть, что недемократическая власть обходится ему ничуть не дешевле, исправно поставляя на все уровни возмутительное количество все тех же негодяев.
При любом единовластии только расходы на содержание аппарата, прежде всего репрессивного и контролирующего, способны поразить воображение. Однако все это непублично, и потому создается видимость, что все работает как бы самостоятельно.
Монарх – это человек, который получил власть по наследству и точно знает, что передаст власть своему сыну или дочери. Следовательно, ему не нужно воровать бюджетные средства – у кого воровать? У себя самого? И для чего? У него уже есть дворец, построенный еще прадедушкой. То есть ему надо власть воспринять, сохранить и передать наследнику – в соответствии с существующими законами и традициями.
Заметим, кстати, что именно в законности власти главное различие между монархией и диктатурой (или, как говорили раньше, тиранией). Диктатор или автократ может опираться только на себя, свое окружение или какую-то группировку в обществе, но он прекрасно понимает, что в любое время на его месте может оказаться другой человек.
Важное преимущество эффективной, работающей (неимитационной) демократии заключается в том, что она способна сама себя поддерживать и самостоятельно восстанавливаться. Что произойдет, например, если что-то случится с президентом США, вице-президентом, сенатом, конгрессом и всем высшим государственным аппаратом? Конечно, это будет страшнейший кризис в истории всей американской государственности, но при этом он не повлияет на простых людей, живущих во всех уголках США, таким разрушительным образом, как повлиял распад СССР на миллионы его граждан. Более того, в полном соответствии с конституцией во вполне определенные сроки произойдет полная регенерация этой власти. Почему? Потому что все мэры муниципалитетов остались на местах, власти всех штатов остались на местах, и они не связаны напрямую с ушедшей властью.
До прошлого века активно применялся не только половой ценз, но и многие другие виды избирательного ценза – имущественный, сословный. Ничем не ограниченное всеобщее избирательное право – это абсолютно свежая идея, хотя сейчас она нам кажется очень естественной и самоочевидной.
Современное всеобщее избирательное право все равно не является всеобщим: в этом праве поражены лица, признанные недееспособными по решению суда, в ряде случаев – отбывающие приговор заключенные. Установлен возрастной ценз, который в России составляет 18 лет (но во многих странах он другой). Самоочевидные вещи? Да, конечно: как можно доверить голосовать психопатам, серийным убийцам или грудным младенцам. Но давайте зафиксируем, что цензы все-таки существуют, и устанавливаются они не на основании незыблемых законов природы, а довольно-таки волюнтаристски. Почему 18 лет, а не 21 или 17.5? Или, например, почему не быть плавающей планке, привязанной не к возрасту, а к сдаче определенного «экзамена на обретение гражданских прав»? Возрастной ценз является формой неявного интеллектуального ценза — почему бы тогда не заменить его на явный? Не будет ли это честнее и прозрачнее?
В ряде стран избирательных прав лишаются солдаты срочной службы (как лица заведомо «подневольные»), в ряде стран – чиновники. В США, в силу исторических особенностей, существенно поражены в избирательных правах все без исключения жители федерального округа Колумбия.
Как только человек проголосовал, он уже не имеет отношения ко всему происходящему далее. Более того, его могут бесконечно обманывать. Избранные им люди перед ним никак формально не отчитываются, они могут принимать любые решения, а он сам не может их никак контролировать. В лучшем случае через несколько лет откажет им в доверии на следующих выборах. Но ведь несколько лет – это не так мало с точки зрения человеческой жизни: люди выходят на пенсию, дети рождаются, женщины уходят в декрет и так далее. Так что фактически гражданин пользуется своим правом один раз в несколько лет. Он приходит, отдает свой голос и все – больше у него нет никаких возможностей влиять на власть до следующих выборов.
Само по себе разделение власти на три ветви не стоит ничего без налаженной системы сдержек и противовесов, обеспечивающих независимость властей и невозможность для одной ветви взять остальные под свой контроль.
Сейчас все просто и дешево: любой человек может уехать в любую точку мира и оттуда продолжать общаться со своими согражданами в прежнем режиме или с небольшими сложностями. Впервые за всю историю человечества возникла возможность прямого контакта избирателя с политиком, в то время как раньше политик был равносилен портрету на стене, ему можно было писать письма, но пообщаться с ним можно было только на митинге, стоя в толпе.
Одним из важнейших явлений современной общественной жизни можно считать трансформацию публичности.
Когда нам говорят, что народ пассивен, возникает вопрос: а все ли эти люди имеют доступ к информации? И что самое главное – к какой информации?
Люди очень трудно вырабатывают общественные договоры, распространяющиеся на большие человеческие массы, но если «припрёт» – то есть когда набор альтернатив заключается в том, что либо будет система, основанная на договоре, либо не будет вообще никакой – то договор возникает. Подобным же образом законом было и купеческое слово в XVIII-XIX веках в России: всё равно не было эффективных судов, всё равно не было способов решать споры вне зависимости от количества печатей на бумаге, поэтому честность оставалась единственным выходом – или бы торговый бизнес просто не существовал. Раньше государство просто не запрашивало с предприятий и 5% той документации, которая запрашивается сейчас, просто потому, что у государства не было никакой возможности эти данные собрать и обработать, а главное, оно прекрасно знало, что у предпринимателей нет никакой технической возможности эти данные предоставить. Теперь возможность есть – и документооборот увеличивается в десятки раз.
«Синяя печать» в деловом документообороте давно утратила практический смысл, который веками вкладывался в заверяющий оттиск на документе, гарантирующий его уникальность и неизменность.
Сложность общественных институтов не является достижением сама по себе и не обеспечивает их качественной работы. Очень часто общественные институты сложны только потому, что технологический уровень позволяет им быть сложными.
С любым тайным обществом рано или поздно происходит одно из двух: или в нем оказывается слишком много членов, и снова прямые коммуникации исчезают и в итоге никто ничего ни про кого не знает, или же общество все сильнее изолируется от социума, маргинализируется и неизбежно теряет влияние.
Бизнес – это та сфера человеческой деятельности, в которой отжившие и старые нормы отбрасываются быстро и безжалостно, и это не вызывает такой полемики, как трансформация общественных институтов.
Когда нам говорят, что прямое участие граждан в принятии решений невозможно, то мы отвечаем, что оно будет оставаться невозможным лишь до тех пор, пока мы будем делать вид, что ничего не изменилось в окружающем мире.
Гарантия честности возникает только в том случае, если будет создана система, совершенно открытая со всех сторон. Не может быть так, что где-то есть какой-то институт, который всех проверяет, но его проверить нельзя.
В недалеком будущем анонимность превратится в удел специфических сообществ, сайтов и форумов, для которых она является принципиальным условием.
Если новый процесс во всем лучше, но в чем-то одном резко уступает старому, то, как правило, он будет непригоден к практическому использованию. А вот если он нигде не хуже, а чем-то пусть немного, но лучше — переход к новому будет возможен, и даже не так уж труден. Таким образом, не надо стремиться улучшить сразу всё (в подавляющем большинстве случаев это просто невозможно), надо двигаться постепенно, все время сравнивая прогресс с отправной точкой.
В наше время не модно быть оптимистами, популярнее всевозможные сценарии апокалипсисов и коллапсов, но все же мы верим в счастливое будущее всего человечества, в его прогресс и развитие. Современные технологии дают нам повод думать, что человек будущего, может и не такого далекого, будет свободнее и счастливее нас. Человек будущего будет сам решать, на каком языке ему говорить, какую этническую идентичность считать своей, какого мировоззрения придерживаться и где со всем этим жить. Еще раз повторимся, это не будет общечеловек без роду и племени, но это будет человек, который сам будет определять степень и уровень своей принадлежности к любым общностям. Да, по мере развития общество становится более атомизированным. Но гораздо лучше, когда у человека есть право остаться одному, чем когда его принудительно записывают в некую общность. Главное – чтоб его голос был услышан каждый раз, когда человек хочет что-то сказать.
Книжка очень маленькая, и читается за час. Её можно пролистать прямо на сайте. Прочитайте — это полезная утопия.
