Беслан

Сегодня — 3 сентября. 16 лет назад случился самый страшный теракт в истории современной России: в захваченной террористами школе погибло 333 человека, большинство из них — дети.

Так получилось, что для большинства людей вокруг меня 3 сентября — это праздник уже порядком надоевших шуток про календарь и костры рябин. Про трагедию Беслана в этот день стараются не вспоминать.

С одной стороны, это «неудобная» трагедия для общества. Сегодня по телевизору конечно покажут сюжеты из Беслана, возьмут короткие интервью у родственников жертв, и все. Большинство зрителей предпочтут не смотреть это, только сердобольные бабушки станут охать: «Деток-то как жалко!». Такое отношение хорошо накладывается на реальное ощущение общества от Беслана — события предпочитают считать несчастным случаем, локальной проблемой кавказской республики. Мои знакомые говорили раньше: «Ну, людей не вернешь. Нужно жить дальше!». Другие говорили и так: «Им фонды вон всякие деньги выплатили. Чего они убиваются?». Не нужно говорить, что такая подача отношения к трагедии выгодна государству: забыть легче, чем провести большое независимое расследование, выявить всех причастных, признать вину, оказать достойную помощь.

С другой стороны, большинство людей (и я в том числе) выросли в обстановке, в которой демонстрировать соучастие — стыдно. Стыдно быть слабым, стыдно плакать. Как правильно выразить свои чувства? Что делать? Из-за неумения и незнания нам легче дистанцироваться. Чувствуешь себя взрослым человеком, которого хочет обнять родственник — будешь стоять с каменным лицом и делать вид словно тебя это не трогает. А то окружающие подумают, что ты потерял лицо, стал нюней.

Я уверен, это — большая беда для общества. Нас обыграли дважды: сперва не научили выражать чувства, а после много лет твердили, что и не нужно этого делать, оно того не стоит. Так одни люди старательно постят мемы про Шуфутинского, а другие пшикают: «Устроили тут полицию скорби!».

Я верю что неотрефлексированная трагедия — это беда, которая не закончилась. Это травма, которую предпочли не лечить, а кое-как зарубцевали, прикрыли в надежде что заживет само. Не заживет. Умрут дедушки и бабушки погибших школьников, после — их родители. Сами дети Беслана вырастут и состарятся. Но нельзя просто вычеркнуть такую трагедию из истории и памяти. Иначе можно приехать в итальянскую деревушку Ривергаро, и увидеть там площадь имени детей Беслана. А сколько таких площадей есть в России?

Я убежден что выражать свои чувства — важно. Оказывать сочувствие — нужно. Не страшно сказать: «Это была ужасная трагедия. Я хочу чтобы она не повторилась больше никогда». Чтобы этого не случилось, нужно чтобы как можно больше людей узнали о Беслане, чтобы про трагедию создавали медиа-проекты и снимали фильмы. Достаточно просто поговорить об этом с друзьями и родственниками. Если есть возможность — помочь благотворительным организациям. Никогда не поздно учиться быть эмпатичным. Закончилось время, когда это было стыдным, можно выдохнуть.

Иначе сколько календарь не переворачивай, и всегда будет 3 сентября, день Беслана.

И почитайте пост Залины напоследок. Больше к нему добавить нечего.

Система Orphus